[ Партии «ЕР» нет ]

Абдулхабир Акилов, бывший начальник Контрольно-финансового управления президента РД, не желает давать оценку деятельности Муху Алиева на посту президента республики, но желает поделиться с читателями «ЧК» своими размышлениями о природе власти, командной игре и государственном строительстве.

Абдулхабир Акилов:
Буквально сразу после своего назначения Магомедсалам Магомедов дал нам, начальникам управлений президента РД, поручение составить отчёт о проделанной работе и внести предложения, если они имеются. Потом он нас всех собрал, поблагодарил за успешную работу и сказал, что ему особенно понравились предложения КФУ по улучшению работы органов исполнительной власти и они будут учтены в дальнейшей работе президента и правительства. После этих слов я понял, что меня ждёт отставка. Но скажу откровенно: я не испытывал никакого огорчения или расстройства, поскольку считаю это нормальным явлением: новый президент, новые люди, новая команда, хотя я и до этого, можно сказать, не входил в состав команды.
Муху Гимбатович, по моему мнению, не был командным руководителем. Для того чтобы формировать команду, я считаю, должны быть определённые правила игры, должна быть какая­то программа. На основе их можно создавать критерии, по которым подбираются люди. Вот если взять западные страны, то там развитая партийная система, у каждой партии своя программа, они борются за избирателей, избиратели голосуют – и одна из партий становится у руля власти. Проигравшие уходят – и нет никаких вопросов. Это и есть правила игры: есть команда, есть программа действий, и главное – есть результат. А у нас? Возьмём хотя бы выборы. Я сам удивился, когда дней за десять до выборов в Хунзахе президент Алиев отправляет меня туда, чтобы я поддержал кандидатуру Магомеда Исаева из­за того, что он выдвиженец «Единой России». Он предварительно не спросил у меня, какая там реальная ситуация, ведь и я сам родом оттуда, но нет: езжай и поддержи. Самое главное – ведь Исаева выдвигала партия «Единая Россия», но ни одного представителя от «Единой России», поддерживавшего Исаева, я там не встретил. То есть партии как таковой нет.
Хаджимурад Камалов: – За несколько дней до выборов Муху Алиев принял хунзахских старейшин и, выслушав их мнение, не стал поддерживать Исаева. Так ведь было?
А. А.: – Я не знаю. Я его политику не всегда понимал, хотя я с ним с 1998 года. Вот Магомедали Магомедов, при всех его отрицательных чертах, своих людей не предавал, и если это делал, то делал очень редко. В своём родном районе Муху Гимбатович не должен был так поступать.
Я не желаю давать оценку деятельности бывшего президента – пусть это делают другие. Но хочу сказать, что методами предшествовавшего ему руководства управлять Дагестаном нельзя.
Абдулхабир Акилов: – Буквально сразу после своего назначения Магомедсалам Магомедов дал нам, начальникам управлений президента РД, поручение составить отчёт о проделанной работе и внести предложения, если они имеются. Потом он нас всех собрал, поблагодарил за успешную работу и сказал, что ему особенно понравились предложения КФУ по улучшению работы органов исполнительной власти и они будут учтены в дальнейшей работе президента и правительства. После этих слов я понял, что меня ждёт отставка. Но скажу откровенно: я не испытывал никакого огорчения или расстройства, поскольку считаю это нормальным явлением: новый президент, новые люди, новая команда, хотя я и до этого, можно сказать, не входил в состав команды.
Муху Гимбатович, по моему мнению, не был командным руководителем. Для того чтобы формировать команду, я считаю, должны быть определённые правила игры, должна быть какая-то программа. На основе их можно создавать критерии, по которым подбираются люди. Вот если взять западные страны, то там развитая партийная система, у каждой партии своя программа, они борются за избирателей, избиратели голосуют – и одна из партий становится у руля власти. Проигравшие уходят – и нет никаких вопросов. Это и есть правила игры: есть команда, есть программа действий, и главное – есть результат. А у нас? Возьмём хотя бы выборы. Я сам удивился, когда дней за десять до выборов в Хунзахе президент Алиев отправляет меня туда, чтобы я поддержал кандидатуру Магомеда Исаева из-за того, что он выдвиженец «Единой России». Он предварительно не спросил у меня, какая там реальная ситуация, ведь и я сам родом оттуда, но нет, езжай и поддержи. Самое главное - ведь Исаева выдвигала партия «Единая Россия», но ни одного представителя от «Единой России», поддерживавшего Исаева, я там не встретил. То есть партии как таковой нет.
Хаджимурад Камалов: – За несколько дней до выборов Муху Алиев принял хунзахских старейшин и, выслушав их мнение, не стал поддерживать Исаева. Так ведь было?
А А.: – Я не знаю. Я его политику не всегда понимал, хотя я с ним с 1998 года. Вот Магомедали Магомедов, при всех его отрицательных чертах, своих людей не предавал, и если это делал, то делал очень редко. В своём родном районе Муху Гимбатович не должен был так поступать.
Я не желаю давать оценку деятельности бывшего президента – пусть это делают другие. Но хочу сказать, что методами предшествовавшего ему руководства управлять Дагестаном нельзя.
Х. К.: – Да вы сейчас говорите, как председатель НС Магомед Сулейманов. Он тоже говорил, что методами Магомедали Магомедова управлять нельзя, но, как только выдвинули Магомедсалама Магомедова, сразу встал на его сторону.
А. А.: – Но тем не менее нельзя. Вообще, в новом правительстве сохранили свои посты хорошие профессионалы и те, за кем есть сила. Другая главная проблема – это отсутствие у нас конкурсного отбора в министерствах. Замы министров должны по конкурсу приходить, что, безусловно, влияет на результаты работы. В нашей Конституции написано, что вновь сформированное правительство в течение трёх месяцев должно подготовить программу на срок своей деятельности. Ни разу в новой истории Дагестана не было, чтобы правительство составляло свою программу деятельности. Правительство должно быть компактным, эффективным и нацеленным на результат.
Х. К.: – Какая бы организационная структура нашей исполнительной власти, по-вашему, была бы оптимальной?
А. А.: – Я считаю, что количество министерств, вице-премьеров и комитетов слишком большое. Должен быть принят закон «О системах органов исполнительной власти», который бы определял, какие органы исполнительной власти нужны, какие – нет. Я считаю, что структура правительства и других органов исполнительной власти должна регулироваться так, чтобы они могли наилучшим образом реализовывать возложенные на них полномочия. Простой анализ этих полномочий и утверждённая структура органов исполнительной власти РД показывают их несоответствие друг другу. Я не буду сейчас вдаваться в детали, конкретно мы поговорим об этом в другой раз. А что касается исполнительной власти – она должна быть компактной, эффективной и нацеленной на конечный результат. 
Я считаю, президент в стране должен быть один – президент России, каковым сейчас является Дмитрий Медведев. Президентов субъектов не должно быть вообще. Должны быть главы регионов. У нас не совсем понятно и с полномочиями президента. Вообще, Послание к НС республики – это ненужное действие. Почему? Да потому, что Послание парламенту может делать только президент России – гарант Конституции, – так как он избирается всенародно и не относится ни к исполнительной власти, ни к законодательной, ни к судебной. А у нас же высшее должностное лицо возглавляет исполнительную власть республики. Высшее должностное лицо должно отчитываться перед законодательным органом, а не посланиями заниматься. У нас есть высшее должностное лицо – президент РД – и высшая исполнительная власть – Правительство РД, но нет полноценной нормативной базы, обеспечивающей их эффективное взаимодействие. В частности, в Конституции РД записано, что президент РД осуществляет руководство Правительством РД, а Правительство РД ответственно перед президентом РД. А что понимать под «руководством» и «ответственностью», законодательство не уточняет. Существуют и другие шероховатости нормативно-правового регулирования исполнительной власти Дагестана. В связи с этим, на мой взгляд, первоочередными мерами по совершенствованию этой ветви власти могли бы стать: принятие закона о системе органов исполнительной власти в РД; переименование высшего должностного лица, президента РД, в главу Республики Дагестан; образование, в соответствии с Конституцией РД, администрации главы республики; введение должности двух первых заместителей главы республики: Председатель Правительства РД и руководитель администрации главы республики. Оба заместителя должны быть членами правительства.
Президент республики, кто бы им ни был, при всём желании не сможет навести полный порядок в республике, потому что он не обладает для этого достаточными полномочиями. Российская Федерация – это только формально федерация, а фактически жёсткое унитарное государство. Во-первых, высшее должностное лицо назначается из Москвы, во-вторых, у субъекта нет фактически финансовой самостоятельности. Нет даже возможностей и потенциала, потому что опять-таки нет полномочий. Ведь главное – это полномочия. Если говорить о полномочиях, то в Конституции РФ заложены полномочия собственно самой Российской Федерации, вопросы совместного ведения, а в законе «Об общих принципах организации местного самоуправления» – и полномочия органов местного самоуправления. А в части полномочий субъекта говорится: «…иные полномочия». Когда стали разбираться, оказалось единственное, что есть у субъекта, – это территориальное устройство, поэтому, даже если у нас будет идеальный президент, он не сможет многое реализовать. Вот сейчас у нас появился МФЦ (многофункциональный центр), так называемый принцип одного окна. Мы определили и установили перечень услуг, оплачиваемых и бесплатных, но в основном же эти услуги предоставляются федеральными органами. Кроме этого, контрольные функции – у них, правоохранительные структуры – у них, надзорные органы тоже у них. И в какой-то степени Муху Гимбатович не смог сделать многое из того, что хотел. Раньше и представить было сложно, чтобы чиновники в Кремле так вели себя с главами субъектов. А всё потому, что это был выборный орган. А сегодня кто только ни командует главами регионов. О каком федерализме можно говорить?
Х. К.: – Абдулхабир Абасович, ВРП на душу населения у нас кто-нибудь оценивает?
А. А.: – Тут тоже есть проблемы. Если взять объём ВРП за 2008 год, то получается сумма в 219 млрд рублей, а доходы населения составили 355 млрд. ВРП – это вновь созданная стоимость, куда входят доходы населения, кроме этого, налоги, прибыль организаций и т. д. Доходы населения – всего лишь часть ВРП, но разве часть может быть больше целого? Помимо этого, хочу привести ещё один пример несовершенства межбюджетных отношений. Это то, что касается уплаченного Сулейманом Керимовым НДФЛ. Для Дагестана они сыграли медвежью услугу, потому что, вследствие дополнительного поступления налогов, значительно урезали объём денег, поступающих в республику в виде дотаций. Между прочим, мы и финансовый кризис не так остро ощутили, потому что и так жили небогато.
Х. К.: – Вот вы говорите, что бюджетные расходы на одного жителя в Дагестане в два раза меньше, чем в среднем по России. Но ведь вы же понимаете, что дотации – это прежде всего деньги для чиновников. Может быть, надо не в два раза, а в десять раз меньше денег давать?
А. А.: – Да, коррупция у нас невиданная. Когда консолидированный бюджет республики составлял более 60 млрд рублей, 15 млрд из этой суммы выделялись на инвестиционные проекты и на реформирование ЖКХ. Надо выработать систему, позволяющую минимизировать казнокрадство. Должны быть сведены к минимуму функции государства, и надо укреплять роль частного бизнеса. Но опять возникает вопрос: а развит ли частный сектор у нас настолько, чтобы участвовать в таких процессах, способен ли он на это? Ведь частный сектор – это предприниматели и бизнесмены, а они в основном не платят налоги. Допотопными методами у нас работают, о какой конкурентоспособности можно говорить? И не во всём виновато государство. В прошлом году товарооборот составил 275 млрд рублей. Из них 55 % – непродовольственные товары. Мы выпускаем всего на 3 – 4 млрд рублей непродовольственных товаров, то есть 5 % от объёма спроса. А могли бы минимум на 75 млрд сами производить. И ВРП могли бы в ближайшие 7 – 10 лет увеличить в четыре раза. У нас совершенно другой менталитет людей даже при расходовании денег. Ведь поступают же в банковскую систему и в нашу экономику реальные деньги. Они же должны быть возвращены в кассу, делать оборот. Если в среднем по России возвращается восемь рублей из десяти, то в Дагестане – только два из десяти. Остальные неизвестно где оседают. Сегодня и с этой проблемой придётся бороться Магомедсаламу Магомедову. Он подобрал команду из достаточно подготовленных и профессиональных людей, но сейчас этого уже недостаточно. Сейчас нужны другие подходы к руководству республикой, другая генерация идей. Нужны люди, которые ставят амбициозные задачи. Может быть, генератором идей станет образованный CКФО, а здесь, в республике, будут хорошие исполнители, но в любом случае, мы все должны их поддерживать, а оценки будем давать по мере их результатов.
Номер газеты

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.